Владыка Феодосий…. Священноисповедник Феодосий (Ганицкий), епископ Коломенский

Подписаться
Вступай в сообщество «sinkovskoe.ru»!
ВКонтакте:

Заказать икону святого

В миру Иван Федорович Ганицкий, родился 30 июля 1860 года в семье священника Феодора Ганицкого в селе Руда Васильковского уезда Киевской губернии. По окончанииКиевской семинарии Иван Фёдорович был назначен в 1882 году преподавателем Закона Божия при Ак-Шенхском народном училище в Перекопском уезде Таврической губернии.

С 1890 года он служил бухгалтером в Казенной палате. 17 апреля 1899 года в Крестовой церкви Таврического архиерейского дома он был пострижен в монашество и наречен Феодосием. 19 апреля того же года монах Феодосий был рукоположен в сан иеродиакона, а на следующий день во иеромонаха с назначением настоятелем церкви при Таврическом епархиальном свечном заводе; 5 мая переведен в экономы архиерейского дома. 15 августа иеромонаха Феодосия назначили настоятелем Бахчисарайского Успенского скита, два месяца спустя, 13 октября, благочинным второго благочиннического округа Таврической епархии, а 7 ноября 1900 года резолюцией епископа Таврического Николая (Зиорова) временно благочинным всех монастырей Таврической епархии.

Согласно указу Святейшего Синода от 17 декабря 1900 года, иеромонах Феодосий был возведен в сан игумена, а 28 декабря переведен настоятелем Балаклавского Георгиевского монастыря. 1 февраля 1901 года игумена Феодосия освободили от должности благочинного женских монастырей, а 29 июля 1903 года и мужских. Вслед за этим 11 августа 1903 года он подал прошение, по которому указом Святейшего Синода был удален от должности настоятеля Балаклавского монастыря с назначением в братствоМосковского Покровского миссионерского монастыря.

Во время Русско-Японской войны, 10 апреля 1904 года, он отправился на Дальний Восток в качестве настоятеля походной церкви отряда Красного Креста при братстве во имя святой Евгении, на что получил благословение священномученика Владимира (Богоявленского), митрополита Московского. В действующей армии игумен Феодосий со всем тщанием исполнял возложенные на него обязанности. 10 ноября 1905 года он возвратился в Москву, в Покровскую обитель, где был награжден многими церковными и государственными наградами за усердие и труды, понесенные во время военных действий.

В 1909 года игумен Феодосий стал настоятелем Московского Златоустовского монастыря. 25 марта он был возведен в сан архимандрита, а 14 декабря назначен благочинным Московских монастырей. В этой должности он пробыл вплоть до 1920 года, когда по распоряжению советской власти монастырь был закрыт.

Тогда святитель патриарх Тихон возложил на отца Феодосия новое послушание служение Церкви в епископском сане. 18 мая 1920 года состоялась его архиерейская хиротония во епископа Коломенского и Бронницкого, викария Московской епархии. С этого времени и по 1929 год он служил в Успенском соборе Коломны и жил в доме соборного протоиерея Василия Пробатова . Все время своего архипастырства на Коломенской кафедре владыка вел активную проповедническую деятельность, восстанавливал монашескую и вообще церковную, духовную жизнь, тем самым, вызывая раздражение советской власти. Коломенским ОГПУ была привлечена целая сеть осведомителей, в задачу которых входила тщательная слежка за владыкой. Многочисленные рапорты с донесениями о проповедях епископа Феодосия говорят о нестерпимой злобе как к владыке, так и к Церкви в целом. Однако в его вдохновенных речах не было никаких резких или оскорбительных выражений против существующего строя и даже простых намеков на политические обстоятельства того времени.

Однако причину для ареста все же удалось найти: в июле 1921 года в Коломне совершался ежегодный крестный ход в память избавления города от холеры и во время литургии диакон помянул всех погибших от губительныя болезни, в том числе на первом месте благоверного государя наследника цесаревича и великого князя Николая Александровича. Епископ Феодосий был сразу же арестован за поминовение членов царской фамилии. Но верующие отстояли своего епископа собрали большое число подписей под прошением председателю Московской чрезвычайной комиссии об освобождении владыки Феодосия, и властям пришлось отступить.

Получив весной 1922 года воззвание патриарха Тихона об изъятии церковных ценностей из храмов и распоряжение раздать его духовенству для оглашения во всех приходах, владыка не дал своего благословения на прочтение воззвания в храмах. Летом того же года епископ Феодосий заявил о неприятии обновленчества и стал настойчиво порицать обновленцев. В декабре 1922 года владыка был арестован по делу патриарха Тихона и заключен в Бутырскую тюрьму в Москве, где он пробыл до освобождения в 1924 году, пока дело не было прекращено Верховным судом СССР.

Епископ Феодосий, где бы он ни служил, поминал только местоблюстителя митрополита Петра (Полянского) и не поминал власти. Некоторая часть коломенского духовенства боялась следовать в этом за владыкой из опасения репрессий. В Коломне сложилась сложная и напряженная ситуация, и тогда владыка подал прошение митрополиту Сергию об увольнении на покой. 25 сентября 1929 года прошение было удовлетворено. Некоторые клирики, перешедшие в обновленческий раскол, оклеветали архиерея, и через месяц он был арестован и заключен в Коломенскую тюрьму. Вместе с владыкой было арестовано 18 человек в основном монахов Старо-Голутвина монастыря, единомысленных с владыкой священников, а также близких к нему мирян.

3 февраля 1930 года Коллегия ОГПУ приговорила епископа Феодосия к пяти годам ссылки в Северный край. 28 мая 1933 года его освободили, разрешив свободное проживание. Епископ Феодосий, которому тогда было уже семьдесят три года, возвратился сначала в Коломну, а затем поселился у верующих людей в селе Сушково Луховицкого района (ныне город Луховицы), неподалеку от храма Казанской иконы Божией Матери. Туда он ходил молиться до своей праведной кончины, последовавшей 3 мая 1937 года. Погребен он был за алтарём Казанского храма.

Свя-щен-но-ис-по-вед-ник Фе-о-до-сий ро-дил-ся 30 июля 1860 го-да в се-ле Ру-да Ва-силь-ков-ско-го уез-да Ки-ев-ской гу-бер-нии в се-мье свя-щен-ни-ка Фе-о-до-ра Га-ниц-ко-го и в кре-ще-нии был на-ре-чен Иоан-ном. По окон-ча-нии Ки-ев-ской Ду-хов-ной се-ми-на-рии Иван Фе-до-ро-вич был на-зна-чен пре-по-да-ва-те-лем За-ко-на Бо-жия при Ак-Шенх-ском на-род-ном учи-ли-ще в Пе-ре-коп-ском уез-де Та-ври-че-ской гу-бер-нии; он пре-по-да-вал здесь с 20 фев-ра-ля 1882 го-да по 25 ав-гу-ста 1890 го-да, ко-гда по-сту-пил бух-гал-те-ром в Ка-зен-ную па-ла-ту, где ра-бо-тал до 17 ап-ре-ля 1899 го-да.
17 ап-ре-ля 1899 го-да в кре-сто-вой церк-ви та-ври-че-ско-го ар-хи-ерей-ско-го до-ма Иван Фе-до-ро-вич был по-стри-жен в мо-на-ше-ство и на-ре-чен Фе-о-до-си-ем. 19 ап-ре-ля то-го же го-да он был ру-ко-по-ло-жен во иеро-ди-а-ко-на и на сле-ду-ю-щий день - во иеро-мо-на-ха и на-зна-чен на-сто-я-те-лем церк-ви при та-ври-че-ском епар-хи-аль-ном свеч-ном за-во-де.
5 мая 1900 го-да иеро-мо-нах Фе-о-до-сий был на-зна-чен эко-но-мом та-ври-че-ско-го ар-хи-ерей-ско-го до-ма, 15 ав-гу-ста то-го же го-да - на-сто-я-те-лем Бах-чи-са-рай-ско-го Успен-ско-го ски-та; кро-ме то-го, 13 ок-тяб-ря - бла-го-чин-ным вто-ро-го бла-го-чин-ни-че-ско-го окру-га Та-ври-че-ской епар-хии и 7 но-яб-ря - вре-мен-но бла-го-чин-ным всех муж-ских и жен-ских мо-на-сты-рей Та-ври-че-ской епар-хии.
17 де-каб-ря 1900 го-да иеро-мо-нах Фе-о-до-сий был воз-ве-ден в сан игу-ме-на и 28 де-каб-ря на-зна-чен на-сто-я-те-лем Ба-ла-клав-ско-го Ге-ор-ги-ев-ско-го мо-на-сты-ря. 6 мая 1902 го-да он был на-граж-ден за усерд-ную служ-бу на-перс-ным кре-стом.
11 ав-гу-ста 1903 го-да игу-мен Фе-о-до-сий был за-чис-лен в брат-ство Мос-ков-ско-го По-кров-ско-го мис-си-о-нер-ско-го мо-на-сты-ря. 10 ап-ре-ля 1904 го-да он был от-ко-ман-ди-ро-ван в ка-че-стве на-сто-я-те-ля по-ход-ной церк-ви от-ря-да Об-щи-ны Свя-той Ев-ге-нии Крас-но-го Кре-ста на те-атр во-ен-ных дей-ствий во вре-мя Рус-ско-япон-ской вой-ны. За про-яв-лен-ное в усло-ви-ях бо-е-вых дей-ствий му-же-ство и за усерд-ную служ-бу в вой-сках игу-мен Фе-о-до-сий был на-граж-ден мно-же-ством на-град. 10 но-яб-ря 1905 го-да он воз-вра-тил-ся в Мос-ков-ский По-кров-ский мо-на-стырь.
12 июля 1906 го-да он был пе-ре-ве-ден в Мос-ков-ский Ка-фед-раль-ный Чу-дов мо-на-стырь и на-зна-чен каз-на-че-ем мо-на-сты-ря. С 25 мая 1907 го-да по 25 июля то-го же го-да во вре-мя пре-бы-ва-ния на-мест-ни-ка оби-те-ли в от-пус-ке отец Фе-о-до-сий вре-мен-но ис-пол-нял обя-зан-но-сти на-мест-ни-ка.
В на-ча-ле мар-та 1909 го-да игу-мен Фе-о-до-сий был на-зна-чен на-мест-ни-ком Мос-ков-ско-го Зла-то-устов-ско-го мо-на-сты-ря и 25 мар-та воз-ве-ден в сан ар-хи-манд-ри-та. 2 июня 1912 го-да он был вклю-чен в со-став стро-и-тель-но-го ко-ми-те-та по со-ору-же-нию в Москве хра-ма во имя свя-то-го бла-го-вер-но-го кня-зя Алек-сандра Нев-ско-го в па-мять об от-мене кре-пост-но-го пра-ва. 14 де-каб-ря 1912 го-да ар-хи-манд-рит Фе-о-до-сий был на-зна-чен бла-го-чин-ным мос-ков-ских мо-на-сты-рей.
В 1914 го-ду на-ча-лась Пер-вая ми-ро-вая вой-на, и 13 ав-гу-ста ар-хи-манд-рит Фе-о-до-сий был на-зна-чен пред-се-да-те-лем Во-ен-но-го Бла-го-тво-ри-тель-но-го мо-на-стыр-ско-го ко-ми-те-та Мос-ков-ской епар-хии и чле-ном Мос-ков-ско-го епар-хи-аль-но-го ко-ми-те-та по-пе-че-ния о боль-ных и ра-не-ных во-и-нах. 2 ян-ва-ря 1916 го-да за осо-бо по-лез-ные тру-ды по об-лег-че-нию по-ло-же-ния боль-ных и ра-не-ных во-и-нов ар-хи-манд-рит Фе-о-до-сий был на-граж-ден зо-ло-тым на-перс-ным кре-стом с укра-ше-ни-я-ми.
18 мая 1920 го-да ар-хи-манд-рит Фе-о-до-сий был хи-ро-то-ни-сан во епи-ско-па Ко-ло-мен-ско-го и Брон-ниц-ко-го, ви-ка-рия Мос-ков-ской епар-хии. Вла-ды-ка по-се-лил-ся в Ко-ломне непо-да-ле-ку от Успен-ско-го со-бо-ра в до-ме со-бор-но-го про-то-и-е-рея Ва-си-лия Про-ба-то-ва. По-чти сра-зу же по-сле при-бы-тия епи-ско-па в го-род со-труд-ни-ки ЧК уста-но-ви-ли за ним внеш-нее на-блю-де-ние: при-сут-ство-ва-ли на всех его бо-го-слу-же-ни-ях в раз-лич-ных хра-мах го-ро-да, а так-же участ-во-ва-ли в об-ще-го-род-ских крест-ных хо-дах, слу-шая и за-пи-сы-вая, что го-во-рит на-род.
Один из су-гу-бо ко-ло-мен-ских крест-ных хо-дов был уста-нов-лен в се-ре-дине ХIХ ве-ка по пред-ло-же-нию ко-ло-мен-ско-го по-движ-ни-ка, мол-чаль-ни-ка и за-твор-ни-ка схи-мо-на-ха Иоан-ни-кия в па-мять об из-бав-ле-нии го-ро-да от эпи-де-мии хо-ле-ры. Во вре-мя этой эпи-де-мии скон-ча-лись ве-ли-кий князь Ни-ко-лай Алек-сан-дро-вич, мо-на-хи и мно-гие жи-те-ли го-ро-да, име-на ко-то-рых с тех пор неиз-мен-но по-ми-на-лись во вре-мя слу-же-ния па-ни-хид и во вре-мя крест-но-го хо-да. Крест-ный ход шел из Бо-го-яв-лен-ско-го Ста-ро-Го-лутви-на мо-на-сты-ря по го-ро-ду в пред-ше-ству-ю-щий Пя-ти-де-сят-ни-це чет-верг, на-зы-вав-ший-ся в на-ро-де «се-ми-ком», ко-гда мно-гие пра-во-слав-ные, сле-дуя пре-да-ни-ям и обы-ча-ям язы-че-ских вре-мен, пре-да-ва-лись нера-зум-но-му ве-се-лью и пьян-ству. Мит-ро-по-лит Фила-рет (Дроз-дов) со-ста-вил пра-ви-ла для это-го крест-но-го хо-да. Пер-вый крест-ный ход со-сто-ял-ся в 1849 го-ду. В день про-ве-де-ния крест-но-го хо-да лю-ди не пи-ли спирт-но-го, по-сти-лись, в этот день пре-кра-ща-лась тор-гов-ля и за-кры-ва-лись ка-ба-ки.
Крест-ный ход с уча-сти-ем епи-ско-па Фе-о-до-сия со-сто-ял-ся 16 июня 1921 го-да. В сво-ем от-че-те о нем со-труд-ник ЧК на-пи-сал: «В Пет-ро-пав-лов-ской церк-ви при мно-го-чис-лен-ной тол-пе мо-ля-щих-ся епи-ско-пом Фе-о-до-си-ем в при-сут-ствии ко-ло-мен-ско-го ду-хо-вен-ства бы-ла со-вер-ше-на ли-тур-гия. Во вре-мя нее епи-скоп Фе-о-до-сий про-из-нес про-по-ведь на те-му: нам пред-сто-ит веч-ность. В ней не бы-ло ни-че-го про-тив со-вет-ской вла-сти, так как он в про-по-ве-ди раз-ви-вал, что все в этой жиз-ни ни-чтож-но: сла-ва, чи-ны и бо-гат-ство в мо-мент смер-ти че-ло-ве-ка отой-дут от него и не бу-дут ему нуж-ны; в этой жиз-ни на-до по-мо-гать неиму-щим, быть ми-ло-серд-ным, сми-рять-ся и тер-петь… Про-по-ведь бы-ла с пол-ча-са и не вы-хо-ди-ла за рам-ки за-гроб-но-го ми-ра» . В этом же до-не-се-нии бы-ло ска-за-но, что со-бор-ный диа-кон по-ми-нал об упо-ко-е-нии усоп-ше-го ве-ли-ко-го кня-зя Ни-ко-лая Алек-сан-дро-ви-ча.
27 июня 1921 го-да со-труд-ни-ки ЧК в при-сут-ствии диа-ко-нов изъ-яли из Пет-ро-пав-лов-ско-го хра-ма лист-ки, по ко-то-рым чи-та-лось о упо-ко-е-нии «на-след-ни-ка це-са-ре-ви-ча, ве-ли-ко-го кня-зя Ни-ко-лая Алек-сан-дро-ви-ча, мит-ро-по-ли-та Фила-ре-та, схи-мо-на-ха Иоан-ни-кия, Мар-ти-на, Иоан-на и всех от гу-би-тель-ной бо-лез-ни скон-чав-ших-ся, зде ле-жа-щих и по-всю-ду пра-во-слав-ных хри-сти-ан» .
В этот же день сле-до-ва-тель до-про-сил обо-их диа-ко-нов и епи-ско-па Фе-о-до-сия.
- Из-вест-но ли вам, что дья-кон Сен-ке-вич во вре-мя за-упо-кой-ной ли-тур-гии про-воз-гла-сил за упо-кой на-след-ни-ка и кня-зя Ни-ко-лая Алек-сан-дро-ви-ча? - спро-сил он епи-ско-па.
- Да что же из то-го, что он про-из-нес про-ше-ние за мерт-вых, где упо-ми-на-лось имя на-след-ни-ка и кня-зя Ни-ко-лая Алек-сан-дро-ви-ча и всех иеро-мо-на-хов и всех по-гиб-ших? - с недо-уме-ни-ем спро-сил вла-ды-ка.
- Слы-ша-ли ли вы, как Сен-ке-вич про-воз-гла-шал ек-те-нию за кня-зя и на-след-ни-ка Ни-ко-лая Алек-сан-дро-ви-ча?
- Да, я слы-шал, но мо-гу ука-зать, что ко-гда он до-чи-тал до этих имен, то ста-рал-ся их снять или умол-чать, как непод-хо-дя-щие в на-сто-я-щее вре-мя для по-ми-на-ния.
По-сле до-про-са с епи-ско-па бы-ла взя-та под-пис-ка о невы-ез-де из го-ро-да, и он был от-пу-щен под по-ру-чи-тель-ство про-то-и-е-рея ко-ло-мен-ско-го Успен-ско-го со-бо-ра - хо-зя-и-на до-ма, в ко-то-ром жил.
5 июля 1921 го-да епи-скоп Фе-о-до-сий вновь был до-про-шен.
- Вы дав-но на-хо-ди-тесь в го-ро-де Ко-ломне, слу-жа в ка-че-стве епи-ско-па?
- С про-шло-го го-да.
- Вы ко-гда-ли-бо слу-жи-ли в церк-ви Воз-не-се-ния в го-ро-де Ко-ломне?
- Да, я слу-жил там в при-де-ле, что по пра-вой сто-роне.
- А слу-жи-ли ли вы ко-гда в церк-ви Свя-той Тро-и-цы в го-ро-де Ко-ломне?
- Да, то-же слу-жил.
- Го-во-ри-ли ли вы в церк-ви Воз-не-се-ния про-по-ведь, в ко-то-рой ука-зы-ва-ли: «Крас-ный ан-ти-христ сво-ей диа-воль-ской си-лой за-гнал пра-во-слав-ный на-род в свои креп-кие це-пи и ду-шит без кон-ца; это по-то-му, что мы про-гне-ва-ли Бо-га; из это-го нуж-но вый-ти, про-сить Бо-га, чтобы Он нас осво-бо-дил из це-пей крас-но-го диа-во-ла», и так да-лее?
- Да, я про-по-ве-ди го-во-рил, но про-по-ве-ди с та-ки-ми вы-во-да-ми я ни-ко-гда не го-во-рил, а го-во-рил на еван-гель-ские и апо-столь-ские чте-ния; я го-во-рил, что по уче-нию Церк-ви вре-мя ан-ти-хри-ста еще не на-ста-ло. Я не мог го-во-рить то-го об ан-ти-хри-сте, о чем ме-ня спра-ши-ва-ют, и «диа-во-ла крас-но-го» ни-ко-гда не на-зы-вал.
- Го-во-ри-ли ли вы в церк-ви Воз-не-се-ния про-по-ведь, в ко-то-рой ука-зы-ва-ли: «Мы со-всем за-бы-ли Бо-га, и греш-ни-ки нам за-ту-ма-ни-ва-ют го-ло-вы, и нам по-ра про-бу-дить-ся и вос-стать про-тив греш-ни-ков на-ших, и Бог по-мо-жет нам, а то мы по-гиб-нем в этой гря-зи, - про-буж-дай-те всех несо-зна-тель-ных греш-ни-ков»?
- В том, что вы про-чли, я не на-хо-жу смыс-ла - ни-че-го по-доб-но-го я не мог ска-зать.
- Го-во-ри-ли ли вы про-по-ведь в церк-ви Свя-той Тро-и-цы сле-ду-ю-ще-го со-дер-жа-ния: «Те-перь все за-бы-ли Бо-га и от-кры-ли борь-бу брат про-тив бра-та, и до-ве-ли стра-ну до го-ло-да и хо-ло-да, и нет рас-ка-я-ния; уби-вая брат бра-та, скинь-те свой греш-ный со-блазн и ста-рай-тесь по-бе-дить вра-га, за-ту-ма-ни-ва-ю-ще-го умы ва-ши»?
- Я мо-гу толь-ко раз-ве-сти ру-ка-ми, слы-ша, как ис-ка-жа-ет-ся моя про-по-ведь с це-лью по-ка-зать, что я за-де-ваю су-ще-ству-ю-щую власть, то-гда как я ни еди-но-го ра-за ее не за-тра-ги-вал не толь-ко в про-по-ве-ди, ска-зан-ной в этом хра-ме, но и во-об-ще во всех сво-их про-по-ве-дях, ска-зан-ных в тех церк-вях, где мне при-хо-ди-лось слу-жить. По-ли-ти-че-ской аги-та-ци-ей с цер-ков-ной ка-фед-ры я не за-ни-мал-ся и не за-ни-ма-юсь, и не на-ме-рен за-ни-мать-ся, ибо счи-таю это недо-стой-ным зва-ния пас-ты-ря. О прав-ди-во-сти мо-их слов ска-жут все слу-ша-те-ли мо-е-го цер-ков-но-го сло-ва, не же-ла-ю-щие его ис-ка-жать и го-во-ря-щие то, что они дей-стви-тель-но слы-ша-ли из мо-их уст…
- Бы-ла ли ва-ми го-во-ре-на про-по-ведь в церк-ви Воз-не-се-ния: «Греш-ни-ки по-кай-тесь, но не толь-ко ис-по-ве-дью, а и де-лом; нуж-но от-ка-зать-ся от всех бес-чинств, тво-ря-щих-ся в на-сто-я-щее вре-мя»?
- Под бес-чин-ства-ми долж-ны слу-ша-те-ли бы-ли ра-зу-меть непо-вто-ре-ние ис-по-ве-дан-ных гре-хов… Я не пом-ню, о чем бы-ла моя бе-се-да в то вре-мя, но по-вто-ряю, что она не бы-ла аги-та-ци-он-но-го ха-рак-те-ра.
На этом до-прос был за-кон-чен, но вла-ды-ка счел нуж-ным к нему сде-лать свое до-бав-ле-ние: «Из всех предъ-яв-лен-ных мне вы-дер-жек, яко-бы за-им-ство-ван-ных из мо-их ре-чей, ска-зан-ных в церк-вях, усмат-ри-ваю яв-ное же-ла-ние об-ви-нить ме-ня в аги-та-ции с цер-ков-ной ка-фед-ры про-тив су-ще-ству-ю-щей вла-сти. Но по со-ве-сти ска-жу, что аги-та-ци-ей я не за-ни-мал-ся и не за-ни-ма-юсь, и не на-ме-рен за-ни-мать-ся, а учил сло-ву Бо-жию, и ви-нов-ным се-бя в воз-буж-де-нии хри-сти-ан про-тив вла-сти не при-знаю» .
13 июля вла-ды-ка был еще раз до-про-шен и, вы-слу-шав во-про-сы сле-до-ва-те-ля, ска-зал: «Я в сво-их про-по-ве-дях в церк-вях ни-ко-гда по-ли-ти-ки не ка-сал-ся, а про-сто про-по-ве-дую сло-во Бо-жие, а вы, мо-жет быть, под этим под-ра-зу-ме-ва-е-те аги-та-цию про-тив су-ще-ству-ю-щей вла-сти» .
В тот же день вла-ды-ке бы-ло предъ-яв-ле-но об-ви-не-ние в контр-ре-во-лю-ци-он-ной аги-та-ции, и он был за-клю-чен в ко-ло-мен-скую тюрь-му.
1 ав-гу-ста со-труд-ни-ки Мос-ков-ской ЧК по-ста-но-ви-ли: счи-тать пре-ступ-ле-ние до-ка-зан-ным и на-пра-вить де-ло в Ре-во-лю-ци-он-ный три-бу-нал.
11 ав-гу-ста ве-ру-ю-щие Ко-лом-ны от-пра-ви-ли в ЧК про-ше-ние, в ко-то-ром пи-са-ли: «13 июля се-го го-да аре-сто-ван и за-клю-чен в ко-ло-мен-скую тюрь-му епи-скоп Ко-ло-мен-ский Фе-о-до-сий. Хо-тя до се-го вре-ме-ни к нему ни-ка-ко-го об-ви-не-ния не предъ-яв-ле-но, но, по слу-хам, он аре-сто-ван буд-то бы за контр-ре-во-лю-ци-он-ную аги-та-цию. Мы, ни-же-под-пи-сав-ши-е-ся, сим сви-де-тель-ству-ем, что, по-се-щая неопу-сти-тель-но ар-хи-ерей-ские служ-бы в ко-ло-мен-ском со-бо-ре и во всех церк-вях го-ро-да Ко-лом-ны, мы ни-ко-гда не слы-ша-ли в про-по-ве-дях на-ше-го епи-ско-па Фе-о-до-сия не толь-ко ни-ка-ких рез-ких или оскор-би-тель-ных вы-ра-же-ний про-тив су-ще-ству-ю-ще-го строя и вла-стей, но да-же и про-стых на-ме-ков на совре-мен-ные по-ли-ти-че-ские от-но-ше-ния. Епи-скоп ста-ра-тель-но из-бе-гал все-го, что мог-ло бы воз-бу-дить ка-кие-ли-бо гру-бые и низ-кие стра-сти; он учил лишь ис-ти-нам свя-то-го Еван-ге-лия, ста-ра-ясь от-влечь вни-ма-ние лю-дей от мир-ских дел к во-про-сам выс-ше-го по-ряд-ка, как и по-до-ба-ет пас-ты-рю Хри-сто-вой Церк-ви. По-се-му про-сим вас сде-лать рас-по-ря-же-ние об осво-бож-де-нии на-ше-го епи-ско-па Фе-о-до-сия из-под стра-жи» .
19 ав-гу-ста Ре-во-лю-ци-он-ный три-бу-нал рас-по-ря-дил-ся вер-нуть де-ло сле-до-ва-те-лю для про-вер-ки след-ствен-но-го ма-те-ри-а-ла. Сле-до-ва-те-лю при-шлось то-гда на-пи-сать, что слу-чай с по-ми-на-ни-ем в церк-ви яв-ля-ет-ся недо-ра-зу-ме-ни-ем, так как по-ми-нал-ся дав-но по-чив-ший сын Алек-сандра II и брат Алек-сандра III, и по-это-му де-ло по об-ви-не-нию диа-ко-нов нуж-но пре-кра-тить; что ка-са-ет-ся епи-ско-па, то, по-сколь-ку об-ви-не-ние утвер-жда-ет, что он про-из-но-сил про-по-ве-ди контр-ре-во-лю-ци-он-но-го ха-рак-те-ра, «след-ствен-ный же ма-те-ри-ал по это-му во-про-су не мо-жет быть при-знан удо-вле-тво-ри-тель-ным… де-ло о нем долж-но быть на-прав-ле-но на до-сле-до-ва-ние в МЧК» .
Епи-скоп Фе-о-до-сий в это вре-мя на-хо-дил-ся в ко-ло-мен-ской тюрь-ме, и на ру-ках у сле-до-ва-те-лей бы-ли те же без-гра-мот-ные до-не-се-ния со-труд-ни-ка ЧК; в кон-це кон-цов, сле-до-ва-тель Мос-ков-ской ЧК на ос-но-ва-нии то-го, «что сви-де-тель-ских по-ка-за-ний, ко-то-рые мог-ли бы под-твер-дить аги-та-цию епи-ско-па Фе-о-до-сия, нет, а об-ви-не-ние бы-ло предъ-яв-ле-но на ос-но-ва-нии аген-тур-ных све-де-ний» , пред-ло-жил пре-кра-тить де-ло.
4 ок-тяб-ря 1921 го-да Кол-ле-гия МЧК по-ста-но-ви-ла пре-кра-тить де-ло и осво-бо-дить епи-ско-па, и вла-ды-ка вер-нул-ся к слу-же-нию в Ко-лом-ну.
Вес-ной 1922 го-да епи-скоп Фе-о-до-сий по-лу-чил воз-зва-ние Пат-ри-ар-ха Ти-хо-на, ка-са-ю-ще-е-ся изъ-я-тия цер-ков-ных цен-но-стей из хра-мов, и рас-по-ря-же-ние раз-дать его ду-хо-вен-ству для про-чте-ния во всех хра-мах го-ро-да. Епи-скоп Фе-о-до-сий, од-на-ко, не дал сво-е-го бла-го-сло-ве-ния на про-чте-ние воз-зва-ния в хра-мах. Ле-том 1922 го-да в квар-ти-ре епи-ско-па в при-сут-ствии пред-ста-ви-те-ля ГПУ и об-нов-лен-ца был про-из-ве-ден обыск и най-де-но это воз-зва-ние. Тем же ле-том, по-сле то-го как об-нов-лен-цы сде-ла-ли по-пыт-ку за-хва-тить цер-ков-ную власть, епи-скоп Фе-о-до-сий от-пра-вил-ся к гла-ве жи-во-цер-ков-ни-ков епи-ско-пу Ан-то-ни-ну (Гра-нов-ско-му) и за-явил ему о сво-ем непод-чи-не-нии жи-во-цер-ков-ни-кам. В сво-их про-по-ве-дях во вре-мя бо-го-слу-же-ний вла-ды-ка рез-ко и на-стой-чи-во по-ри-цал об-нов-лен-цев и, в кон-це кон-цов, в де-каб-ре 1922 го-да был вы-зван вла-стя-ми в Моск-ву и аре-сто-ван по де-лу Пат-ри-ар-ха Ти-хо-на о со-про-тив-ле-нии изъ-я-тию цер-ков-ных цен-но-стей.
Вес-ной 1923 го-да след-ствие бы-ло за-кон-че-но, и 23 ап-ре-ля 1923 го-да про-ку-рор Мос-ков-ской гу-бер-нии вы-нес по-ста-нов-ле-ние: «За-кон-че-но след-стви-ем де-ло по об-ви-не-нию епи-ско-па Ко-ло-мен-ско-го Фе-о-до-сия (он же граж-да-нин Га-ниц-кий) в рас-про-стра-не-нии воз-зва-ния Пат-ри-ар-ха Ти-хо-на и в про-ти-во-дей-ствии к сда-че цер-ков-ных цен-но-стей.
Вви-ду на-ли-чия свя-зи это-го де-ла с де-лом Пат-ри-ар-ха Ти-хо-на, оно на-прав-ля-ет-ся в Вер-хов-ный суд для сов-мест-но-го рас-смот-ре-ния обо-их дел» .
Про-цесс над Пат-ри-ар-хом Ти-хо-ном, од-на-ко, не со-сто-ял-ся, и в 1924 го-ду вла-сти из-да-ли рас-по-ря-же-ние об ам-ни-стии всем, кто еще на-хо-дил-ся под след-стви-ем по де-лу об изъ-я-тии цер-ков-ных цен-но-стей, а для уже осуж-ден-ных был со-кра-щен срок за-клю-че-ния; вла-ды-ка Фе-о-до-сий был осво-бож-ден и вер-нул-ся слу-жить в Ко-лом-ну.
Бу-дучи сам рев-ност-ным мо-на-хом и мо-лит-вен-ни-ком, вла-ды-ка упо-тре-бил мно-го уси-лий, чтобы вос-ста-но-вить мо-на-ше-скую жизнь в ко-ло-мен-ских мо-на-сты-рях. В 1925 го-ду по бла-го-сло-ве-нию Ме-сто-блю-сти-те-ля мит-ро-по-ли-та Пет-ра (По-лян-ско-го) он по-стриг ко-ло-мен-ско-го свя-щен-ни-ка Ге-ор-гия Бе-ля-е-ва в мо-на-ше-ство с на-ре-че-ни-ем ему име-ни Ни-кон и, воз-ве-дя в сан ар-хи-манд-ри-та, на-зна-чил его на-мест-ни-ком Бо-го-яв-лен-ско-го Ста-ро-Го-лутви-на мо-на-сты-ря.
Вла-ды-ка об-раз жиз-ни вел су-гу-бо мо-на-ше-ский и мо-лит-вен-ный, ма-ло ин-те-ре-су-ясь со-бы-ти-я-ми по-ли-ти-че-ской жиз-ни, од-на-ко, зная, что вла-сти сле-дят за каж-дым его дей-стви-ем и сло-вом, он по-чти каж-дую свою про-по-ведь в те-че-ние неко-то-ро-го вре-ме-ни за-кан-чи-вал сло-ва-ми: «Я кон-чил. На-де-юсь, что вся-кий из вас за-сви-де-тель-ству-ет, что в мо-ей про-по-ве-ди нет ни-че-го по-ли-ти-че-ско-го» . Ко-гда вла-ды-ка слу-жил в со-бо-ре, то про-сил свя-щен-ни-ка, на-зна-чен-но-го про-из-но-сить про-по-ведь, при-но-сить текст про-по-ве-ди ему для пред-ва-ри-тель-но-го про-смот-ра, чтобы неосто-рож-но ска-зан-ное кем-ли-бо сло-во не по-слу-жи-ло при-чи-ной аре-ста для мно-гих.
Вла-ды-ка лю-бил бо-го-слу-же-ние, слу-жил он во всех при-хо-дах Ко-лом-ны, но боль-ше все-го лю-бил слу-жить в Ста-ро-Го-лутви-ном мо-на-сты-ре, и ко-гда слу-жил на при-хо-де, пел обыч-но мо-на-ше-ский хор.
Во вре-мя слу-же-ния епи-ско-па в Ко-ломне во всех хра-мах чи-та-лась мо-лит-ва о бла-го-устро-е-нии Пра-во-слав-ной Церк-ви в Рос-сии: «Гос-по-ди Бо-же наш, ве-ли-кий и мно-го-мило-сти-вый, во уми-ле-нии сер-дец на-ших сми-рен-но мо-лим-ся Те-бе: со-хра-ни под кро-вом Тво-ея бла-го-сти от вся-ка-го зла-го об-сто-я-ния вся пра-во-слав-ныя ар-хи-ереи, даждь им Цер-ковь Рос-сий-скую доб-ре упра-ви-ти, вер-ныя ов-цы Хри-сто-вы негиб-ле-мы со-блю-сти, злыя же вол-ки да-ле-че от-г-на-ти и коз-ни их со-кру-ши-ти. По-мя-ни, Вла-ды-ко, и весь свя-щен-ни-че-ский и мо-на-ше-ский чин, со-грей серд-ца их рев-но-стию о Бо-зе и до-стой-но зва-ния сво-е-го хо-ди-ти ко-е-го-ждо укре-пи. По-даждь, Гос-по-ди, во вла-сти су-щим ра-зум и страх Твой, воз-гла-го-ли в серд-цах их бла-гая и мир-ная о Церк-ви Тво-ей. Со-хра-ни и вся лю-ди Твоя от тле-твор-ных уче-ний, от цер-ков-ных со-блаз-нов, рас-ко-ла, ере-сей и неве-рия. Утвер-ди всех нас в ве-ре пра-вей и во усер-дии ко Пра-во-слав-ной Церк-ви. Вло-жи в серд-ца на-ша дух стра-ха Тво-е-го, дух бла-го-че-стия, дух сми-ре-ния. В на-па-стех - тер-пе-ние по-даждь нам, в бла-го-ден-ствии - воз-дер-жа-ние, к ближ-ним - лю-бовь, ко вра-гом - все-про-ще-ние, в доб-рых де-лех - пре-спе-я-ние. Из-ба-ви нас от вся-ко-го ис-ку-ше-ния, да на всяк день и час бла-го-сло-вим и про-сла-вим все-чест-ное имя Твое, От-ца и Сы-на и Свя-та-го Ду-ха. Аминь» .
По-сле 1927 го-да все бо-лее ста-ла раз-го-рать-ся сму-та, вы-зван-ная де-кла-ра-ци-ей за-ме-сти-те-ля Ме-сто-блю-сти-те-ля мит-ро-по-ли-та Сер-гия (Стра-го-род-ско-го), а так-же неко-то-рой на-стой-чи-во-стью его в во-про-се по-ми-на-ния свет-ских вла-стей, что вы-зы-ва-ло боль-шие раз-но-мыс-лия сре-ди пра-во-слав-ных; слиш-ком бо-лез-нен-ным то-гда вос-при-ни-ма-лось по-ми-на-ние со-вет-ской вла-сти, ко-то-рая ос-нов-ным пунк-том сво-ей по-ли-ти-че-ской про-грам-мы по-ста-ви-ла борь-бу с Бо-гом, с Хри-стом и не скры-ва-ла сво-ей це-ли - уни-что-же-ния Церк-ви. Епи-скоп Фе-о-до-сий вез-де, где ему при-хо-ди-лось слу-жить, по-ми-нал толь-ко Ме-сто-блю-сти-те-ля мит-ро-по-ли-та Пет-ра (По-лян-ско-го) и не по-ми-нал со-вет-ской вла-сти. Неко-то-рая часть ко-ло-мен-ско-го ду-хо-вен-ства, хо-тя и бо-я-лась сле-до-вать в этом во-про-се за вла-ды-кой из опа-се-ния ре-прес-сий, но бо-я-лась и ид-ти ему на-пе-ре-кор, так как ав-то-ри-тет епи-ско-па Фе-о-до-сия сре-ди пра-во-слав-ных был непре-ре-ка-ем и пой-ти во-пре-ки его во-ле озна-ча-ло бы сра-зу же по-те-рять до-ве-рие паст-вы.
По-ло-же-ние со-зда-ва-лось без-вы-ход-ное; вла-ды-ка по-дал про-ше-ние мит-ро-по-ли-ту Сер-гию и 25 сен-тяб-ря 1929 го-да был уво-лен на по-кой, а через два ме-ся-ца, 25 но-яб-ря, он был аре-сто-ван и за-клю-чен в ко-ло-мен-скую тюрь-му. Вме-сте с вла-ды-кой бы-ло аре-сто-ва-но во-сем-на-дцать че-ло-век - боль-шей ча-стью мо-на-хов Ста-ро-Го-лутви-на мо-на-сты-ря, близ-ких к епи-ско-пу, еди-но-мыс-лен-ных с ним свя-щен-ни-ков, а так-же близ-ких к нему ми-рян.
5 де-каб-ря 1929 го-да епи-ско-пу Фе-о-до-сию бы-ло за-чи-та-но по-ста-нов-ле-ние о предъ-яв-ле-нии об-ви-не-ния, в ко-то-ром го-во-ри-лось, что «он изоб-ли-ча-ет-ся в том, что на про-тя-же-нии сво-е-го пре-бы-ва-ния в го-ро-де Ко-ломне с 1924 го-да под при-кры-ти-ем Церк-ви и борь-бы с без-бо-жи-ем за-ни-мал-ся ор-га-ни-за-ци-ей и объ-еди-не-ни-ем ре-ак-ци-он-но-мо-нар-хи-че-ско-го эле-мен-та и лиц, ак-тив-но бо-рю-щих-ся с со-вет-ской вла-стью; вновь стал вос-ста-нав-ли-вать рас-пу-щен-ные в пе-ри-од ре-во-лю-ции мо-на-сты-ри, ко-то-рые ста-ли функ-ци-о-ни-ро-вать неле-галь-но, при-кры-ва-ясь об-щи-ной ве-ру-ю-щих, ру-ко-во-ди-те-ля-ми от-дель-ных ор-га-ни-за-ций. Мо-на-сты-ря-ми, ре-ли-ги-оз-ны-ми об-щи-на-ми под-би-ра-лись и на-зна-ча-лись ли-ца из чис-ла непри-ми-ри-мых вра-гов со-вет-ской вла-сти, уже от-бы-вав-шие за свою контр-ре-во-лю-ци-он-ную де-я-тель-ность ссыл-ку. Под об-щим его, Га-ниц-ко-го, как епи-ско-па, ру-ко-вод-ством и с его ве-де-ния из чис-ла упо-мя-ну-той груп-пы ли-ца ве-ли скры-тую и от-кры-тую контр-ре-во-лю-ци-он-ную аги-та-цию…»

Отошел ко Господу пребывавший на покое
бывший Омский митрополит Феодосий Працюк.
Последним скандальным его "подвигом" стало то,
что уходя на покой митрополит Феодосий
переписал на себя весь автопарк Омской митрополии и много чего еще.

Моя мини-сага, посвященная одному из самых колоритных
православных иерархов:
.
И один только скрипт из сей мини-саги:

«Титульно печатная витрина
русского православия "ЖМП" –
"Жалкие мысли Питиримовы",
из нумера в нумер
на цветастеньких вклейках
являя отечьих "князей церковных",
запечатленных в ратной борьбе за "миру-мир"
на разного роду, Европа мать, конгрессах
и экуменных радениях,
среди которых своей
вальяжной импозантностью
несколько лет красовался
в средине 80-х
и архиепископ Берлинский и Среднеевропейский,
Экзарх Средней Европы Феодосий Працюк :
"Переезд деспоты Кирилла из Ленинграда в Смоленск
ещё и потому показался ему предельно уничижительным,
что Феодосия Працюка, восседавшего до него
на Смоленской кафедре,
отправили на представительскую должность
владычествовать в Берлин.
И спрашивается кого?
Западенскую дерёвню и быдло
с уже основательно подмоченной репутацией,
поскольку бывшей отец протоиерей Игорь Працюк
уже тогда в беспрестанно одолевавшем его блудном разжении
кидался на всё, что движется: и на мужской пол, и на женской.
И даже для ставленников и их жён
введя предварительно деспотное –
"право первой нощи":
"И эту, не побоюсь этого слова, мразь,
неспособную ни "бэ", ни "мэ"
без референта вымолвить,
ставят во Среднеевропейския экзархи!»

В экзархах Европейских Хфеодосий Працюк
продержался чуть больше года, когда в 86-м
«в Берлине потом случился скандал,
тот Процюк был ранен –
в него выстрелил прямо в храме военный,
чья жена закрутила роман с этим т.н. "архиепископом".
А п.Пимену была телеграмма из Берлину,
которая начиналась именно такими словами:
"Процюк ранен. Заведено уголовное дело...»

Вот что про сего советского иерарха,
слывшего на гниющем Захиде
визитной карточкой
тогдашнего русского православия,
писал добрый мой сопечальниче die_ante_bellum :
"Да, правда, первосортный выродок. Только помиловали не из жалости...
Нет, он видите-ли, в некотором роде разведчик. Неисповедимы пути разведовательные, и методы тоже. Надо было послать в Берлин именно это существо. А затем надо было его оставить среди архиреев. Ну оченно надо.
В свое время я был полон (тягостных раздумий о судьбах моей Родины))) долго и мучительно размышлял, пытаясь таки понять смысл и логику действий тайных канцелярий.
И в конце концов додумался я до эпохального открытия.))) Тайну составляют не методы и не направления работы - об этом, досужие наблюдатели, читающие шпиенские триллеры вполне овседомлены, и опять-же методы и направления тайных работ вполне логичны и поддаются осмыслению.
Главная тайна тайных канцелярий это именно смысл и логика их действий- это совершенно секретный смысл и совершенно секретная логика. Не умея видеть мир глазами работников "слова и дела" никогда не догадаться, к примеру, зачем вдруг оказывается необходим на роль почтенного архирея, тупой, лживый и развратный дегенерат)".

Священноисповедник Феодосий (Ганицкий), епископ Коломенский

Священник Кирилл Сладков

Из статьи «Из церковной истории Коломны в период гонений на веру»//Московские епархиальные ведомости - №1-2/2005

Владыка Феодосий, в миру Иван Федорович Ганицкий (или по другим источникам Ганецкий) родился в cемье диакона в селе Рудой Белоцерковского района Киевской области 1 . По окончании Киевской Духовной семинарии состоял на гражданской службе преподавателем Закона Божия при Ак-Шенхском народном училище Перекопского уезда Таврической губернии, а затем бухгалтером в Казенной палате. Приняв монашеский постриг, 19 апреля 1899 г. монах Феодосий был рукоположен в сан иеродиакона, а на следующий день – во иеромонаха с назначением настоятелем церкви при Таврическом Епархиальном свечном заводе; 5 мая переведен в экономы Архиерейского дома.

15 августа иеромонаха Феодосия назначили настоятелем Бахчисарайского Успенского скита, а два месяца спустя (13 октября) – благочинным второго благочиннического округа Таврической епархии. 7 ноября 1900 г. резолюцией епископа Таврического и Симферопольского Николая (Зиорова) временно был назначен благочинным всех монастырей Таврической епархии. Согласно указу Святейшего Синода от 17 декабря 1900 г. иеромонах Феодосий был возведен в сан игумена, а 28 декабря – переведен настоятелем Балаклавского Георгиевского первоклассного монастыря. 1 февраля 1901 г. игумена Феодосия освободили от должности благочинного женских монастырей, а 29 июля 1903 г. – и мужских. Вслед за этим 11 августа 1903 г. отец Феодосий подал прошение, по которому указом Святейшего Синода он был удален от должности настоятеля Балаклавского монастыря с назначением в братство Московского Покровского миссионерского монастыря. Вскоре, 10 апреля 1904 г., он отправился на Дальний Восток в качестве настоятеля походной церкви отряда Красного Креста при братстве в честь святой Евгении, на что получил благословение священномученика Владимира (Богоявленского), митрополита Московского и Коломенского. В действующей армии игумен Феодосий тщательно исполнял возложенные на него обязанности. 10 ноября 1905 г. он возвратился в Москву, где был награжден орденом святой Анны III степени с мечами и золотым наперсным крестом на Георгиевской ленте – "за отличия в делах против японцев". 17 октября 1906 г. игумена Феодосия, 12 июля назначенного казначеем Чудова монастыря, за усердие и труды, понесенные во время военных действий в русско-японскую войну, наградили орденом святой Анны II степени, а 15 июля 1907 г. – орденом святого князя Владимира IV степени с мечами.

Согласно постановлению Главного управления Российского общества Красного Креста, труды игумена Феодосия были отмечены медалью и знаком Красного Креста в память участия в деятельности общества во время русско-японской войны. А в память монаршей признательности войскам, участвовавшим в войне с Японией, отец Феодосий был отмечен светло и темно бронзовыми медалями для ношения на груди на ленте составленной из Александровской и Георгиевской.

В 1909 г. игумену Феодосию было дано новое послушание – настоятеля в Московском Златоустовском монастыре. В этой должности он пробыл вплоть до 1920 г., когда по распоряжению советской власти монастырь был закрыт 2 . Тогда Святейший Патриарх Тихон возложил на отца Феодосия новое послушание – служение Церкви в епископском сане. 18 мая 1920 г., получив назначение, Владыка Феодосий отправился на место своего служения. Приехав в Коломну, он принялся за исполнение своих пастырских обязанностей. Зинаида Ивановна Ильина, бывшая в то время тринадцатилетней девочкой, вспоминает: "Мне кажется, не было ни одной церкви в нашем городе, где бы ни совершал службы в престольные праздники епископ Феодосий. Православные люди Коломны и особенно монахи очень полюбили Владыку, видя в нем не только талантливого администратора, но и челов. ведущего аскетический образ жизни, видя его искреннюю и неподдельную любовь к каждому приходившему человеку. Все люди, имевшие скорби, обращались к нему за помощью и молитвой. И я, уже учившаяся в шестом классе, пошла к нему. У меня на нервной почве началось заикание, и я просила его помолиться, так как очень трудно было учиться. Он ласково принял меня и на прощание дал мне маленький образок на шею. Также Владыка, по-видимому, многим помогал деньгами" 3 .

Все это вызывало озлобление большевиков, и враги Церкви решили арестовать епископа. Для этого Коломенским ОГПУ была привлечена целая сеть осведомителей, в задачу которых входила тщательная слежка за Владыкой. Многочисленные рапорты с донесениями о проповедях епископа Феодосия говорят о нестерпимой злобе, как к Владыке, так и к Церкви в целом. Однако его вдохновенные речи не несли никаких резких или оскорбительных выражений против существующего строя и даже простых намеков на современные политические обстоятельства 4 . Старания осведомителей были тщетны, однако причину для ареста все же удалось найти.

16 июля 1921 г. в Коломне совершался ежегодный крестный ход в память избавления города от холеры. От Старо-Голутвина монастыря процессия с иконами двинулась в сторону кладбищенской церкви Петра и Павла, где их встретил епископ Феодосий. Во время Литургии диакон Сенкевич по печатному картону помянул всех погибших "от губительныя болезни", в том числе на первом месте "о благоверном государе наследнике цесаревиче и великом князе Николае Александровиче". Очевидно, что такое прошение относилось к годам царствования императора Александра III. По показанию Сенкевича печатный картон (в настоящее время представлен на выставке в Архиерейском доме в Коломне) ему был подан диаконом Петро-Павловского храма Григорием Самариным 5 .

13 июля епископа Феодосия арестовали. На допросе Владыка показал: "Когда я услышал (поминание члена царской семьи – Авт.), то крайне был удивлен. А в это время, со своей стороны я ничего не возражал, но сам этих лиц не упоминал совсем" 6 . Стремясь обезопасить остальное духовенство, Владыка Феодосий показал: "Что касается остального духовенства, которое было там во время службы, то те ничего не провозглашали, т. к. там была всего одна ектенья" 7 .

Тем не менее, архипастырь был арестован по подозрению в поминовении членов царской фамилии. Дело же диаконов Сенкевича и Самарина было прекращено по причине того, что "поминание было провозглашено по печатному картону, издавна хранившемуся в алтаре храма Петра и Павла, скорее по недоразумению, а не с целью противосоветской агитации" 8 .

Следственный материал, касающийся епископа Феодосия, был направлен на доследование, т. к., по мнению следователя, в деле имелись указания на то, что тот систематически произносил проповеди контрреволюционного характера 9 . Казалось бы, заключение неминуемо, но возвысил голос православный народ. Люди собрали большое число подписей под прошением председателю Московской чрезвычайной комиссии Мессинту. В прошении отмечалось, что "епископ старательно избегал всего, что могло бы возбудить какие-либо грубые и низкие страсти; он учил лишь истинам Святого Евангелия, стараясь отвлечь внимание людей от мирских дел к вопросам высшего порядка, как и подобает ПАСТЫРЮ ХРИСТОВОЙ ЦЕРКВИ". Люди просили освободить епископа Феодосия из-под стражи 10 .

Таким образом, Владыка был освобожден и вернулся в Коломну, но не долго находился на свободе. В 1922 г. в связи с делом об изъятии церковных ценностей его снова арестовали и заключили в Бутырскую тюрьму. Владыка пробыл под следствием до 1924 г., пока дело не было прекращено Верховным Судом СССР 11 .

По возвращении в 1925 г. в Коломну Владыка начал усиленную работу по восстановлению церковной жизни. Его первоочередной задачей стало возрождение монастырей, почти полностью ликвидированных в 1920 г. и существовавших только в качестве приходских храмов.

Восстановление монастырей и вообще вся церковная деятельность Владыки Феодосия в Коломне вызывала раздражение советской власти. За епископом установили тщательное наблюдение. Все его проповеди и публичные выступления тщательно конспектировались, о чем свидетельствуют многочисленные рапорты сотрудников Коломенского отдела ОГПУ. Но архипастырь знал это и был очень осторожен. Каждую свою проповедь он заканчивал так: "Я кончил, и надеюсь, что всякий из вас засвидетельствует, что в моей проповеди нет ничего политического" 12 .

Осенью 1929 г. представился удобный случай для ареста святителя. На Владыку Феодосия и его помощников завели уголовное дело, которое положило конец благим начинаниям епископа по реконструкции церковной жизни, а также показало внутреннюю духовную трагедию части Коломенского духовенства.

1 октября на базарной площади в присутствии местных и приезжих крестьян иеромонах Старо-Голутвина монастыря Гермоген (Соколов) стал выкрикивать различные обвинения в адрес советской власти. К этому времени иеромонаху было уже семьдесят лет, из которых тридцать пять он прожил в монастыре 13 . Что им руководило, сказать трудно, но ясно одно, он не понимал или не хотел понимать, что подвергает опасности не только себя, но и окружающих. Не долго длилось это выступление. Группа крестьян потребовала его задержания. На допросе свидетели показали, что иеромонах Гермоген говорил: "Советская власть всех разорила, на китайской границе объявлена война и советской власти теперь скоро конец. Большевики вздумали упразднить воскресенье, но этому воспрепятствуем – будем бороться до конца" 14 .

В этот же день иеромонаха допросили, и он дал показания относительно внутренней монастырской жизни и оговорил своих собратьев – монахов Филарета, Онисима и Серафима 15 .

Вскоре были арестованы все оклеветанные монахи. Их обвинили в контрреволюционной агитации в близлежащих деревнях, пьянстве и разврате. Все они были арестованы, посажены в вагоны и увезены в неизвестном направлении. В монастырь монахи больше не вернулись.

4 декабря уполномоченный Коломенского отдела ОГПУ нашел, "что преступная деятельность монахов Голутвинского монастыря происходила под общим руководством епископа Феодосия (Ганицкого)" 16 . После ареста Владыке предъявили обвинения в том, что "под его руководством и с его ведения, из числа упомянутой группы, лица вели скрытую и открытую контрреволюционную агитацию, используя амвон для проповедей, церковные советы для индивидуальной агитации и обработки, распускались всевозможные провокационные слухи. А также Ганицкий, используя религиозные предрассудки одиноких женщин, вовлекал их в монашество под руководством священника Страхова" 17 .

После недельного содержания в тюрьме, Владыку Феодосия допросили. На все обвинения следователя архиерей твердо отвечал: "Виновным себя не признаю… Участие в группировке и в объединении монахинь из бывшего женского монастыря по его ликвидации я не принимал, и я совершенно не касался того, кто ходит и собирается в Воскресенской церкви, где настоятелем был священник Страхов. С Никоном Беляевым я никакой связи не имел. По приглашению в большие праздники я совершал службу в Старо-Голутвинском, Бобреневском монастыре" 18 .

Следователь, видя, что епископ Феодосий твердо отрицает все возводимые на него обвинения, задал вопрос касательно контрреволюционного содержания проповедей, произносившихся с амвона священниками Коломны. Владыка и на этот вопрос дал достойный ответ. "Мною было сделано распоряжение, – говорил епископ, – о том, чтобы каждый священник перед произнесением проповедей, таковые представлял мне для просмотра, некоторые из священников этого распоряжения не выполняли, и произносимые ими проповеди я, находясь в алтаре, благодаря слабости слуха не мог слышать" 19 . Таким образом, Владыка не только отверг обвинения следователя "в контрреволюционной агитации с амвона", но и не оговорил никого из служивших с ним священников.

Священники же, вызванные в качестве свидетелей, высказали следователю все недовольства, связанные с архиерейским служением Владыки Феодосия в Коломне, тем самым во многом определив его дальнейшую судьбу.

Священник Михаило-Архангельской церкви Виктор Соловьев показал: "Заметна была только благожелательность епископа Феодосия к монашествующим лицам. Это может быть объяснено духовным родством, так как епископ Феодосий сам был монах. Мои личные отношения с бывшим епископом Феодосием были таковы: в начале его служения в Коломне я, будучи благочинным городских церквей, имел чаще отношения с ним, в дни храмовых праздников нашего прихода он заходил после богослужений ко мне закусить… Вследствие идейного расхождения, так как я разделял взгляды обновленцев на церковные реформы, отношения стали формальными…

Епископ Феодосий – епископ старого почина, проникнутый сознанием высоты своего епископского сана, как монах, воспитанный на подчинении своей воле, воле высшего лица, и поэтому, требующий и по отношению к себе такого же послушания, не признающий какого-либо противоречия. Отсюда вытекает его нежелание считаться с мнением духовенства и мирян, и желание поставить на своем... Его усердие к службе расположило к нему верующих и создало ему название молитвенника" 20 .

Допросили и арестованного священника Михаила Страхова. "Большинство монашек злые, но многие были очень хорошие. Вместе с этим необходимо признаться, что вся эта группа представляет собой темное ядро, откуда исходят все сплетни, слухи, провокации, здесь можно слышать все новости, любого по желанию они могут скомпрометировать, все они злые на советскую власть… В близких отношениях с монашками находился бывший епископ Феодосий, у которого они бывают постоянно, он им во всем покровительствовал… Близким к Феодосию и монашкам был из Старо-Голутвинского монастыря архимандрит Никон" 21 .

Отец Адриан (Кагаев), иеромонах Бобреневского монастыря, на допросе показал: "Бобреневский мужской монастырь официально ликвидирован в первые годы революции. В 1918 г. приезжает из Чудова монастыря монах Иннокентий, в 1924 г. епископом Феодосием он назначается настоятелем монастыря и посвящается в игумены, с этого времени официально у нас существовала религиозная община, а неофициально – монастырь… После назначения Иннокентия жизнь в монастыре пошла полным уставным порядком, началось паломничество верующих, особенно это началось, когда Иннокентий объявился лекарем… Какие у него были взгляды на власть, я не знаю, так как он держал себя очень скрытно… Бывший епископ Феодосий бывает у нас на службе в большие праздники, монахов он уважает, всем выдал награды, монахов приглашал на свои архиерейские служения" 22 .

Иеромонах Симеон (Кириллов), вызванный на допрос в качестве свидетеля, охарактеризовал Владыку, как человека, любившего старые церковные порядки. "Епископ, – говорил отец Сименон, – всегда был недоволен новшествами, особенно когда вмешивались в церковную жизнь" 23 .

Протоиерей соборной церкви отец Сергий Орлов резко критиковал поведение архиерея: "Видя и слыша среди граждан города Коломны открытые и провокационные выступления и учитывая характер и последствия их, я лично не один раз обращался к епископу с просьбой установить на богослужении синодскую формулу поминовения гражданской и церковной властей, но он резко отказал мне в этом, без указаний разумных оснований…, следствием того произошел между нами разрыв и получился раскол: с одной стороны сторонники епископа Феодосия, восхваляющие его как поборника православной веры, стойко стоящего на своем и противящегося поминать нечестивую власть; с другой стороны те, которые не пошли за ним, подверглись поношению и всевозможным оскорблениям" 24 .

Заслуживают особого внимания показания бывшего настоятеля Успенского собора протоирея Василия Пробатова, вступившего в конфликт с епископом Феодосием.

Восемь лет протоиерей Василий являлся настоятелем Успенского собора, пока в 1926 г. не был запрещен в священнослужении епископом Феодосием.

Сам отец Василий так объяснял причины этого на допросе в 1929 г.: "С самого начала 1925 г. у него (епископа Феодосия) с Пробатовым (запись ведется от третьего лица – Авт.) начались сильные размолвки, а во второй половине года перешли в крайне натянутые отношения, и кончились тем, что в ноябре запретил ему священнослужение с собой. 22 января 1926 г. на собрании утвердил это постановление. После этого он оставил квартиру Пробатова, и у него с ним прекращаются всякие сношения, если не считать того, что он время от времени, через третьих лиц, требовал от Пробатова для примирения с собой земных себе поклонов, доказывая свое требование Священным Писанием, примерами из житий святых, а в случае неисполнения – проклятием Божиим" 25 .

Далее в протоколе указано несколько причин из-за чего, как полагал отец Василий, произошел разрыв. "Ссора его (епископа – Авт.) с Пробатовым произошла, главным образом, на почве его властолюбия. Он требовал себе рабского повиновения, не терпел возражений, а Пробатов хотел братских отношений. Особенно возмущало то, что он допустил перед собой земные поклонения, и, когда он требовал их от него, он в резкой форме отверг это требование, за что и был уволен" 26 .

"В своих речах, – писал отец Василий, – Владыка резко и настойчиво порицал "живую церковь"" 27 . Это показание имеет значение для понимания причины разногласий между епископом и протоиереем: "расхождение во взглядах на строй и быт церковный. Тот чересчур держался старых форм, старых обрядов и установившегося ритуала. А Пробатов понимал необходимость реформ и приспособления к современным условиям жизни, общественной и политической" 28 .

Таким образом, отец Василий, если не официально принадлежал к обновленцам, то, по крайней мере, разделял их идейные позиции, как некоторые другие его сослуживцы. Шел уже 1929 г., и сочувственное упоминание о "живой церкви", ставшей к этому времени "церковно-шпионским отделом" ОГПУ, говорило само за себя. Владыка же Феодосий, "не терпевший всяких новшеств, к тому же, будучи человеком старой закалки", не мог, да и не должен был мириться с этим.

Однако епископ Феодосий проявил мудрость, растворенную в любви Христовой. Он даже после запрещения отца Василия не терял надежду на покаяние последнего. Именно с этим связано требование земных поклонов от заслуженного протоиерея.

Задача всей жизни Владыки Феодосия состояла не в разрушении и отлучении, а в созидании и объединении. Он открывал монастыри, объединял монахов, проповедовал при каждой возможности. Такое церковное горение снискало ему любовь верующих, но часть духовенства не поняла этого. Имея личные страсти и амбиции, почувствовав мнимое раскрепощение после падения самодержавия, они воспринимали власть епископа как пережиток царского строя, от которого также нужно избавиться.

И вот, 3 февраля 1930 г. постановлением коллегии ОГПУ епископа Феодосия заключили в концлагерь сроком на пять лет с заменой на высылку в Северный край, на тот же срок. Виновным Владыка себя не признал. 28 мая 1933 г. дело было пересмотрено коллегией ОГПУ. В результате епископа досрочно освободили 29 . Дальнейшие документальные свидетельства о жизни Владыки отсутствуют. Из справки о последних годах жизни епископа Феодосия, предоставленной по благословению митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия настоятелем Казанской церкви города Луховицы, протоиереем Николаем Рощиным, мы узнаем, что "после заключения Владыка, очевидно, был выслан на поселение в село Сушково за 101 км. Здесь его приютила в своем доме некая раба Божия Ольга, скорее всего духовная дочь Владыки. В ее доме он и провел последние годы своей жизни.

Служить Владыке было запрещено, и по свидетельству очевидцев, он мог только присутствовать и молиться как обычный прихожанин во время церковных богослужений. Обычно он находился на левом клиросе, но и не забывал перед началом службы благословить певчих и усердных прихожан святительским благословением. И до сего дня перед началом богослужения, люди сначала идут (на могилу – Авт.) к Владыке, а затем идут в храм на молитву. Для нас, священнослужителей храма, молитвенная помощь святителя Феодосия вполне реальна. Он как бы невидимо присутствует на всех наших богослужениях, благословляя нас".

Владыка Феодосий скончался 3 мая (по новому стилю) 1937 года. Погребен он был за алтарём Казанского храма.

Верующие бережно сохраняли и благоукрашали могилу святителя даже во времена самых лютых гонений.

Определением Священного Синода Русской Православной Церкви от 11 апреля 2006 года Феодосий, епископ Коломенский и Бронницкий был причислен к лику святых в сонме новомучеников и исповедников Российских как священноисповедник. Память его празднуется в день кончины - 3 мая по новому стилю.

16 мая 2006 года, по благословению Митрополита Коломенского и Крутицкого Ювеналия, было совершено обретение мощей священноисповедника Феодосия. После научной экспертизы, которая подтвердила принадлежность останков святителю, они были положены в раке в Сергиевском храме Богоявленского Старо-Голутвина монастыря, где почивают и ныне. Теперь каждый может с молитвой приложиться к мощам святого угодника, прибегая к его помощи.

  1. Мануил (Лемешевский), митр. Каталог архиереев ХХ в.. Машинопись, б. г. Т. 5. С. 285.
  2. Воспоминания Зинаиды Ивановны Ильиной. Машинопись.
  3. ГАРФ. Ф. 10035, д. П-57345. Л.69.
  4. Там же. Л. 25.
  5. ГАРФ. Ф. 10035, д. П-57345, Л. 23 и об.
  6. ГАРФ. Ф. 10035, д. П-57345. Л. 47.
  7. Там же.
  8. ГАРФ. Ф. 10035, д. П-57345. Л. 69.
  9. ГАРФ. Ф. 10035, д. У-20303. Л. 281.
  10. ГАРФ. Ф. 10035, д. У-20303. Л. 64.
  11. Там же. Л. 72.
  12. ГАРФ. Ф. 10035, д. У-20303. Л. 121.
  13. ГАРФ. Ф. 10035, д. У-20303. Л. 129-130.
  14. ГАРФ. Ф. 10035, д. У-20303. Л. 130.
  15. ГАРФ. Ф. 10035, д. У-20303. Л. 148-150.
  16. ГАРФ. Ф. 10035, д. У-20303. Л. 118-120.
  17. Там же. Л. 93-95.
  18. Там же. Л. 165-166.
  19. ГАРФ. Ф. 10035, д. У-20303. Л. 156-158.
  20. ГАРФ. Ф. 10035, д. У-20303. Л. 161.
  21. Там же.
  22. Там же. Л. 159.
  23. Там же. Л. 160-161.
  24. ГАРФ. Ф. 10035, д. У-20303. Л. 280-281.
  25. Бычков Г.И., Девятериков А.Н. Коломенский край (страницы истории). М.: Советский спорт, 1995. С. 79.
  26. Там же.
  27. ГАРФ. Ф. 10035, д.П-50945. Л. 171.

← Вернуться

×
Вступай в сообщество «sinkovskoe.ru»!
ВКонтакте:
Я уже подписан на сообщество «sinkovskoe.ru»